— Я тоже, — тихо ответил он и, высунувшись, помахал рукой Энди. Она шагнула назад и тоже помахала ему. Машина тронулась. Было без пяти минут семь.

Пейдж взяла Энди за руку, и они вернулись в дом.

Хотя Пейдж и пыталась не расклеиваться, но все равно чувствовала себя такой одинокой. Глупо. Она ведь взрослая женщина, она не должна настолько зависеть от других людей, даже от Брэда. Кроме того, через три дня он вернется, а она ведет себя так, словно он уехал на месяц!

Когда они вошли в дом, Алисон была уже полностью готова к выходу и выглядела великолепно: губы чуть-чуть блестели от бледно-розовой помады с блеском, ресницы чуть тронуты тушью. Она была в самом расцвете — юная, здоровая, ухоженная. Она была как раз в том возрасте, в каком попадают на обложку «Вог» фотомодели, и она, подумала Пейдж, гораздо красивее многих из них.

— Развлекайся, солнышко. Я жду тебя домой к одиннадцати. — Это было контрольное время, и Пейдж строго следила, чтобы Алисон не пересекала границы.

— Ну мама!

— И не думай. Одиннадцать — крайний срок, сама знаешь. — Ей ведь всего пятнадцать, с какой стати она должна задерживаться дольше.

— А что, если фильм будет длиннее?

— Ну ладно, полдвенадцатого. А если он будет еще длиннее, придется тебе уйти, не досмотрев.

— Ну спасибо.

— Не за что. Хочешь, подброшу тебя к Хлое?

— Нет, спасибо. Я дойду пешком. Пока. — Она выскользнула в дверь, а Пейдж направилась в спальню переодеться. Только она открыла шкаф, как раздался звонок.

Звонила ее мать из Нью-Йорка. Пейдж сказала ей, что собирается с Энди пойти поужинать и перезвонит завтра.